Биологи осваивают сингулярности

Повышение скорости фиксации атомно-молекулярных трансформаций позволит быстрее создавать новые лекарства. Сегодня речь идет о чтении одиночных цепей ДНК, для чего их пропускают сквозь поры.

Создан биоробот из клеток взрослого человека

Андроботы способны регенерировать даже нервные волокна. Преимущество новой технологии в том, что андроботы делаются из собственных клеток человека, это снимает опасность их отторжения иммунной системой.

Утконос

В ноябре 1797 года какой-то любознательный европеец, пересе­лившийся в Австралию, в штате Новый Южный Уэльс поймал нео­бычного зверя. Зверь этот так поразил переселенца, что он решил отправить шкуру в Англию — пусть, мол, ученые мужи разберутся, что это за существо. Но ученые англичане не захотели разбираться: едва взглянув на присланную шкуру, они сразу решили, что перед ними — подделка. Ученые прошлого были людьми искушенными: многие десятилетия всяческие шарлатаны «создавали» самых нео­бычных животных, соединяя воедино различные части млекопита­ющих, рыб, птиц, земноводных или пресмыкающихся. Таинствен­ные «морские монахи» и «василиски», «морские девы» и прочие чу­дища, имеющие, например, рыбий хвост и птичью голову или зме­иное туловище, множество ног, крылья и так далее, демонстрирова­лись на ярмарках и даже попадали иногда в научную литературу то­го времени.

И не удивительно поэтому, что, получив шкуру из Австралии, англичане приняли ее за подделку. Известный английский анатом Роберт Кнокс писал впоследствии, что «ученые склонны были за­числить это редкое произведение природы в один разряд с восточ­ными «русалками» и другими самоделками подобного рода».

В самом деле, может ли существовать зверь с птичьей головой? Однако через какое-то время известный в Англии зоолог Джордж Шоу, изучив посылку из Австралии, пришел к выводу, что шкура — не подделка. Проверка других зоологов подтвердила вывод Шоу — и ученый мир вынужден был признать существование необычного животного. И только через пять лет после того, как европейцы по­лучили шкуру, зверь этот был описан и узаконен как животное-ам­фибия из «рода кротов» (утиный клюв ему «простили» — что оставалось делать?). Но когда зверь получил признание и даже научное имя, в Англию были доставлены уже не шкуры, а сами зверьки. И тут выяснилось, что у самки нет молочных желез. Значит, она не выкармливает детенышей молоком и не может быть отнесена к млекопитающим. Тем более что, в отличие от млекопитающих, это животное, как оказалось, имеет клоаку, подобную птицам. В таком случае это не зверь с птичьим клювом, а птица в звериной шкуре?!

Четверть века ученые не могли решить, куда отнести это живо­тное— к птицам, зверям, пресмыкающимся или ни к тем, ни к другим, ни к третьим. Крупнейшие ученые того времени — фран­цузы Жорж Кювье, Этьен и Исидор Сент-Илеры (отец и сын), анг­личане Эдвард Хоум, Джон Джемиссон и Ричард Оуэн, немцы Иоган Блуменбах и Лоренц Окен и многие другие включились в жаркий спор. Он продолжался и тогда, когда в 1824 году у «спор­ных» животных были все-таки найдены молочные железы (против­ники признания утконосов млекопитающими объявили, что это не молочные, а мускусные или жировые железы). Спор вспыхнул с новой силой, когда в 1829 году были обнаружены в норах утконоса яйца (сторонники версии «утконос — млекопитающее» утверждали, что это яйца черепахи, случайно попавшие в нору к зверю).

Сменялись поколения ученых, а спор продолжался. Но истина рано или поздно должна была восторжествовать. И она восторжест­вовала. Известен день, когда это произошло: 2 сентября 1884 года. Этот день можно считать днем «научного рождения» утконосов.

2 сентября 1884 года в городе Монреале (Канада) проходило со­брание Британской научной ассоциации. И вот прямо в президиум собрания поступила телеграмма из Австралии от известного учено­го Колдуэлла. Он сообщал, что собственными глазами видел, как утконосы откладывают яйца. (То, что они выкармливают детены­шей молоком, было доказано раньше.)

Итак, яйцекладущее, однопроходное, с птичьим клювом (все, как у птиц!) — и тем не менее млекопитающее!

Что же из себя представляет это необычное существо?

Начнем с клюва: он первый бросается в глаза и он первый ввел в заблуждение ученых. Да, клюв действительно есть. Но на птичий он похож лишь внешне: у птиц клюв твердый, крепкий, у утконоса он мягкий, покрытый эластичной кожей, которая натянута на две тонкие, длинные, дугообразные косточки. В общем, это не клюв, а скорее нос в форме клюва. На коже клюва находится много нерв­ных окончаний, играющих очень важную роль в жизни утконоса:

они помогают зверю ориентироваться и находить еду в воде. Роясь в придонном иле, утконос отыскивает там моллюсков, рачков, ли­чинок насекомых. Набрав достаточно пищи, утконос поднимается на поверхность и, лежа неподвижно на воде, перетирает добычу твердыми роговыми краями клюва.

Перейти на страницу:
1 2

    Волокна с «самосознанием»

    В организме клетки «сидят» на волокнистой подложке-матриксе, препятствующей клеточной инвазии (инвазивному росту). То есть образованию метастаз. Вместе с тем в ходе внутриутробного развития клетки передвигаются. У них появляются отростки, длина которых может достигать метра (как в случае седалищного нерва).

    Поезное о биологии

    О сайте

     
Copyright © 2024 - All Rights Reserved - www.fullbiology.ru