Птицы в большом городе

Птицы в большом городе

Заселяя и преобразуя естественные природные территории, человек создает новые экологические условия для их обитателей. Масштабы и глубина антропогенной трансформации в мегаполисах изменяют видовой состав и численность птиц.Этот процесс имеет давнюю историю, ведь возраст многих городов, ставших мегаполисами, превышает 500 лет. Рост городов вел к урбанизации все новых ландшафтов, и соответственно менялась среда обитания населяющих их птиц. Но и часть исходных (например, лесных) территорий сохранилась в городской черте. Так, в Москве до сих пор остались участки леса, наиболее крупные из которых располагаются на окраинах города: Лосиный остров, Битцевский, Измайловский и Кузьминский лесопарки. Небольшие лесные массивы есть и в центральной части, где естественные леса стали основой для 17 из 90 с лишним парков города. Благодаря этим зеленым островкам уцелели представители видов, исходных для этих мест. Кроме них в городе живут и птицы, пришедшие с человеком (синантропные виды).Орнитологи проявляют интерес к городским птицам с середины XIX в., а их первые публикации появились почти одновременно в России и Западной Европе. В конце XIX в. знаменитый орнитолог А.Н. Кайгородов начал исследовать птиц, населяющих парки крупных российских городов. Более 100 лет изучают птиц в Лондоне. В последние годы исследования городских птиц оформились в самостоятельное направление орнитологии: на XVII–XXI Международных орнитологических конгрессах прошли специальные симпозиумы на эту тему.Продолжительные исследования позволили провести анализ многолетних изменений в видовом составе и численности птиц более чем 30 крупных городов Европы. По данным 1980–1990 гг., населяющие их виды по устойчивости численности можно разбить на три группы. Первую образовали виды, чья численность заметно увеличилась (серая ворона, кряква, большая синица и др.), вторую — численность которых увеличилась, но в меньшей степени (галка, грач), и третью — те, чье представительство сократилось (соловей, городская и деревенская ласточка).На кафедре зоологии и экологии МПГУ более 30 лет ведутся исследования птиц крупнейшей и самой северной в Европе Московской промышленно-городской агломерации. Наблюдения проводятся с учетом особенностей сезонных явлений в жизни птиц — периодов миграций, кочевок, гнездования. Изучаются пищевые предпочтения того или иного вида в естественных условиях и в городской среде (на территории города выделяют зоны интенсивной застройки, жилые кварталы и парки). Выясняется специфика гнездовой экологии.В Москве зарегистрировано более 200 видов птиц, из которых гнездятся более сотни. Благодаря сохранению парков уцелело большинство видов, гнездившихся в Москве в 1970-х годах, например, большой пестрый дятел, славка-черноголовка, мухоловка-пеструшка, однако, численность многих видов сильно сократилась. Так, стала редкой городская ласточка, уменьшение числа дуплистых деревьев сказалось на численности скворца. Исчезла деревенская ласточка, а соловей восточный отступил из жилых кварталов в глубь парков, где сохранились необходимые для его гнездования куртины кустарников. В парках хорошо проявилась общая тенденция, вызванная урбанизацией, — наступление синантропных видов.Один из ныне многочисленных в московских парках видов — большая синица. Уже в 1970-х годах в центральных парках Москвы она составляла 4,5–6,8% от общего зимнего населения птиц, а в старых парках — более 10%. Одна из причин успеха в том, что синица использует разнообразный корм, в том числе антропогенного происхождения. Важную роль играет и благожелательное отношение людей, подкармливающих птиц зимой. Синицы собирают корм в трещинах стен, на балконах домов, у мусорных контейнеров. В Европе этот вид освоил города столь же успешно, но намного раньше. В Лондоне, где рано утром бутылки с молоком привозят к дверям, синицы научились открывать крышки молочных бутылок, склевывать комочки сметаны.В последние годы в города Центральной России успешно внедряется другая синица — лазоревка. В Москве в 1920-е годы зимой в Сокольниках лазоревка почти не встречалась, сегодня здесь этот вид составляет 7–9% от общего зимнего населения птиц.Произошли изменения в населении домового и полевого воробьев. В 1920-е годы оба вида в Сокольниках не встречались. Спустя полвека в старых парках Москвы полевой воробей был редок (3 особи на км2), но многочисленным стал домовый (519 особей на км2). В 1990-е годы численность обоих видов сократилась. Только в парке музея-усадьбы «Коломенское» в 1984–1990 гг. зимой было много домовых воробьев благодаря подкормке, обычно характерной не для парков, а для жилых кварталов.Кряква встречается зимой во всех парках, где есть незамерзающие водоемы. Ежегодно в августе-сентябре на московских прудах их число резко возрастает. Так, в 1958 г. на Чистых прудах их число увеличилось с 10 до 100 и более особей, на Пионерских (Патриарших) — с 30 до 100 с лишним, в 1959 г. на Новодевичьих прудах к 6 встречавшимся летом особям присоединилось еще 60. Это, как считают исследователи, связано с частичным «оседанием» на московских прудах пролетных стай диких уток.С 1985 г. в январе проводятся учеты зимующих в Москве водоплавающих птиц. До 1990-х годов их число росло в первую очередь на антропогенно трансформированных водоемах. По мере замерзания части прудов к середине зимы кряквы перебирались на незамерзшие. В 1990-е годы крякв на московских водоемах стало меньше. Такое изменение численности (быстрый рост, затем постепенное сокращение и стабилизация) характерно для всех видов — новых урбанистов.Хищные птицы. В последние годы в парках удерживается небольшая, но устойчивая популяция ястребов: тетеревятника и перепелятника. Сейчас намного чаще, чем в 1970-е годы, можно наблюдать, как ястребы охотятся на голубей и воробьев в парках и жилых кварталах на окраинах Москвы. В Коломенском помимо ястребов отмечены одиночные соколы — дербники. В Кусковском и Останкинском парках, Битцевском лесопарке гнездятся соколы чеглоки.

Перейти на страницу:
1 2